ruen

Денис Пушилин назвал соглашение об отводе вооружения калибром до 100 мм главным прорывом прошлого года

12 февраля исполняется ровно год с момента подписания Комплекса мер о выполнении Минских соглашений. Полномочный представитель Донецкой Народной Республики на переговорах в Минске Денис Пушилин рассказал в интервью РИА Новости об основных итогах первого года реализации соглашения, а также о перспективах мирного процесса.

– Что послужило появлению “Минска-2”?

– Несостоятельность сентябрьских соглашений, перекручивание и самовольная трактовка украинской стороной этих договоренностей грозили развалом самого “Минска”. Встала острая необходимость конкретизации достигнутых договоренностей, чем, по сути, и стал “Минск-2”. Комплекс мер по выполнению минских соглашений, подписанный сторонами 12 февраля 2015 года в Минске, на сегодняшний день основной и крупнейший результат работы переговорщиков. 16 долгих утомительных часов шло обсуждение этого документа главами стран-участниц “нормандской четверки”, сколько сил, терпения и настойчивости пришлось проявить для достижения успеха. Сегодня этот документ является, по сути, дорожной картой мирного урегулирования конфликта. С момента подписания основной нашей задачей стала его реализация.

– Что изменилось за год существования минского процесса?

– Изменения произошли в нескольких направлениях. Внутри самих республик за время существования “Минска-2” удалось провести титаническую работу. Благодаря относительному соблюдению режима тишины проведены работы по восстановлению жилья и инфраструктуры, построены новые дома для пострадавших, остеклены и отремонтированы социальные учреждения, выстроены и функционируют органы государственной власти. Сегодня ДНР – это не обособленная территория с туманным будущим, это сформировавшееся государство с четко выстроенной структурой власти, собственной нормативной базой, промышленным комплексом и предпринимательским сектором. Да, большая часть наших предприятий имеет достаточно небольшой объем загруженности, но это вопрос не возможностей наших предпринимателей, а ограничений, наложенных Украиной и мировым сообществом.

Что касается взаимоотношений с внешним миром, здесь мы также видим некоторые изменения. Заметно изменилась риторика европейских политиков. Теперь Европа видит резон в обоюдном исполнении минских договоренностей и старается подталкивать Украину к работе в этом направлении. Меняется и отношение европейских бизнес-элит. Пионеры работы с ДНР уже появились.

– Как сейчас выглядит ситуация с принятием решений в подгруппах?

– Киев всячески оттягивал создание рабочих групп: то направления работы групп не согласованы, то люди не подобраны, то вопросы не ясны. Первая встреча рабочих групп состоялась лишь через три месяца после подписания Комплекса мер. К сожалению, такое поведение украинской стороны сохранится на протяжении всего переговорного процесса. Дважды Украина срывала встречи подгруппы по политическим вопросам, не являясь на встречу. А в работе подгруппы по безопасности были случаи, когда вопросы на повестку дня вносились за 15 минут до встречи. Но стоит отдать должное нашим переговорщикам – они так просто не сдаются. Подгруппе по безопасности удалось согласовать и фактически реализовать соглашение об отводе вооружения, что значительно сократило количество обстрелов. Подгруппе по экономике удалось достичь договоренности о восстановлении ряда социально важных промышленных объектов. К примеру, подлежат восстановлению перегоны Еленовка – Южнодонбасская и Авдеевка –Ясиноватая, с нуля восстановлен перегон Никитовка – Майорск, полностью восстановлен перегон Ясиноватая — Скотоватая, проделана огромная работа и по восстановлению линий электропередач. Конечно, вопросов еще много, и вести диалог нашим переговорщикам приходится в напряженных условиях, когда противник подчас извращает сказанное, а на факты реагирует эмоциями.

– Какие решения были приняты со стороны ДНР в ходе “Минска-2” и какие были ответные действия Киева?

– Решений было много. За прошедший год мы часто делали шаги в сторону компромисса, так называемые жесты доброй воли. Это мы в одностороннем порядке объявили Широкино демилитаризованной зоной, точно также мы в одностороннем порядке начали отвод вооружения калибром до 100 миллиметров. И когда украинская сторона проигнорировала наш призыв к совместной работе над нормативными актами, согласование которых прописано в Комплексе мер, мы разработали и предоставили Украине изменения и дополнения в конституцию Украины, с которыми мы были бы согласны. Да, мы не видим аналогичного стремления к мирному урегулированию конфликта у украинских коллег. Но мы понимаем, что для нас разрешение этой ситуации, создание комфортных и безопасных условий существования для наших граждан важнее.

– Каковы перспективы переговорного процесса?

– К сожалению, быстрых решений на сегодня ждать не приходится. Учитывая динамику переговоров и отношение украинской стороны к реализации минских соглашений, процесс урегулирования конфликта может затянуться на 10-15 лет.

– В каких вопросах труднее всего найти компромисс?

– В политических. Все, что связано с принятием политических решений, для Украины крайне сложно и болезненно.

– Насколько трудно найти точки соприкосновения в переговорном процессе?

– Иногда у меня создается впечатление, что слепой с глухим скорее найдут общий язык, чем Украина и Донецкая и Луганская Народные Республики. Но за нами миллионы граждан, которые должны жить в свободной и благополучной стране, пользоваться всеми благами цивилизации, отдыхать и путешествовать. И чувство долга перед собственным народом не дает нам остановиться посередине пути.

– Как часто меняются настроения у оппонентов и как это влияет на принятие решений?

– Настроение украинской стороны — как погода весной: тепло, солнечно — и вдруг снег ниоткуда. А если серьезно, действия и заявления наших оппонентов часто спонтанны, не обоснованы и не подаются логическому объяснению. Я уже рассказывал о случае с (экс-президентом Украины, представителем Киева на переговорах) Леонидом Кучмой во время обсуждения соглашения об отводе вооружения калибром до 100 миллиметров. Когда все пункты согласованы, все участники встречи в предвкушении подписания документа, раздается звонок и украинская сторона резко меняет свое мнение. И все: документ не согласован, встреча окончена и перспективы весьма туманны. То же самое можно сказать и о гаранте украинской конституции. (Президент Украины) Петр Порошенко часто делает абсолютно противоречивые заявления с разрывом в несколько дней или даже часов. То он бесконечно предан стране и будет выполнять “Минск-2” ради мира, то он не менее предан и будет карать “террористов” и “сепаратистов”. Вести диалог с таким противоречивым собеседником достаточно сложно.

– Какую роль сыграли замены представителей РФ и ОБСЕ в переговорном процессе?

– Спецпредставитель Азамат Кульмухаметов и полномочный представитель РФ Борис Грызлов – это определенно укрепление позиций России в переговорном процессе. Назначением такого политического тяжеловеса как Борис Вячеславович Россия дает понять Украине и всему мировому сообществу, насколько мир на Донбассе для них важен. Что касается назначения (специальным представителем председателя ОБСЕ в контактной группе) Мартина Сайдика, он достаточно опытный дипломат и ему удается сдерживать баланс сил во время переговоров.

– Стоит ли дополнять переговорный процесс новыми участниками?

– Увеличение количества участников переговоров повлечет лишь негативные последствия. Формат переговоров в Минске оптимален и при условии обоюдного выполнения достигнутых соглашений эффективен.

– Что можно назвать самым значительным моментом “Минска-2”?

– Самым значительным прорывом прошедшего года считаю подписание соглашения об отводе вооружения калибром до 100 миллиметров, что помогло снизить напряжение.

Print Friendly, PDF & Email
Ошибка в тексте